Сетевая
Словесность
КНИЖНАЯ
ПОЛКА
Крылья деревьев
Москва-Петербург
Летний сад
2009
196 стр.
"Крылья деревьев" Андрея Баранова распростерты над каждым живущим - с самого рождения. Очевидное не замечают, оно настолько привычно, что и говорить смешно: небо наверху, земля внизу, собака лает, ветер носит, из-под пятницы - суббота... (Ирина Аргутина)

Пара быков полусонных

Пара быков полусонных солнце влекут по параболе.
Пора бы и нам отправляться по горной дороге домой.
Волглой дорогой горной долго скитаться надо ли?
Долго ль скитаться адами нам предстоит с тобой?
Голым голодным големом, гоем, изгоем, призраком,
загнанным в пятый угол (изгнан - считай забыт),
долго ли нам извиваться, на ангельский меч нанизанным,
призванным, но не признанным, вросшим по плечи в быт?
Югою огорошенным, вьюгою запорошенным,
в капище мира брошенным с кнопкой нажатой "Mute".
Пара быков солнцеликих, гордых своею ношею,
тихо бредут на запад и о любви поют.


Двое

Осторожно спускаясь с горки,
по тропинке идут к реке
баба Нюра и пёс Трезорка
друг у друга на поводке.

Огоньки зажигает вечер,
облетает вишнёвый сад...
Потихоньку идут навстречу
и о чём-то всё говорят.

Молью траченная одёжка.
Шерсть линялая на боках.
А до речки совсем немножко -
вот она уже, в двух шагах.


***

Эта птица была стрекоза.
И её неземные глаза
бесконечность в себе отражали.
Отражали надмирные дали,
где за лесом темнела гроза.
Луг был необозримо велик.
В нитевидных путях повилик
заплутали осколки значенья.
Только синего неба свеченье
да кузнечиков радостный крик
наполняли вселенную смыслом.
Позабылись законы и числа.
Потерявший тропу муравей
заблудился в густой мураве.
Молоко в недрах крынки прокисло,
превратившись в какое-то сусло.
Было тихо, спокойно и грустно.
Нет, скорее надёжно и ясно,
будто жизнь прожита не напрасно...
Вот такое забытое чувство.


Цветет цикорий...

Цветет цикорий, донник и полынь,
восходит солнце, просыхают росы.
Лежу в траве, читаю неба синь,
плюю на все великие вопросы.
Пусть пролетают мимо на коне
те, кто меня догадливей и злее.
От жизни ничего не надо мне,
я ничего, как странник, не имею.
Я просто счастлив тем, что я живой,
и вот лежу, весь мир в себя вплетая,
как этот вот цикорий голубой,
как эта вот ромашка золотая.


Полная звезд река

Полная звезд река
льется издалека.
Мимо плывут века,
страны и облака.
Утром стоят стога,
ночью лежат снега,
вечером, как всегда,
с неба течет вода.
Много чудесных мест
по берегам окрест,
только течет река
и не понять пока:
что там за той сосной?
Что там за той весной?
Сможем ли мы с тобой
там обрести покой?


Ребенок в парке

Дитя за мыльным пузырем
бежит по парку.
Осенний день горит огнем
светло и ярко.

А в пузыре, как в янтаре
за тонкой пленкой,
мир, отраженный в хрустале -
в глазах ребенка.

Там кленов охра, вязов жесть,
собаки, люди.
Там все, что было, все, что есть,
и все, что будет.

Там все надежды и мечты,
как бы в реторте:
служенье богу красоты,
победы в спорте,

там глубина любимых глаз,
восторг признанья,
свиданий сон и горечь раз-
очарованья...

И все взрывается шутя
без слез, без муки.
И удивленное дитя
разводит руки.


Всюду толпы

1.

Всюду толпы, толпы, толпы,
Пыл толпы горяч и жёлт.
Если молод, крут и зол ты -
Пей хмельную брагу толп!
Наслаждайся белым светом,
Рви зубами удила,
Рой копытом, бей дуплетом,
Пока наша не взяла!
Если даже кто-то рядом
Оступился и упал,
Поднимать его не надо:
Оглянулся - и отстал!
И уже, глядишь, другие
Обошли тебя толпой,
У них мускулы стальные,
У них локти - что там твой!
Вот уже плетёшься сзади
Без надежды на успех.
И на жизненном параде
Ты - никчемнейший из всех...

2.

Если голоден и гол ты,
Если болен и устал,
Если счастья не нашел ты
(или даже не искал),
Если изгнан отовсюду
И повсюду позабыт,
Если ты схватил простуду,
Ларингит и фарингит,
Если похмелиться нечем,
А в кармане ни гроша,
Если долу клонит плечи
Полумертвая душа,
Не броди немым укором
По поверхности земли,
Ляг тихонько под забором,
Скорчи ноги - и умри.


Городовой

Может, я выражусь недостаточно здорово,
Может, я вообще не в ладах со своей головой,
Но мне кажется - на улицах нашего города
Непременно должен стоять городовой.

Чтобы в руках у него была толстенная палка
И 45-й калибр в кожаной кобуре.
Чтобы самая что ни на есть последняя галка
Двадцать раз подумала, прежде чем раскаркаться во дворе.

Чтобы, увидев его огромную бляху,
Сверкающую на солнце ярче самых ярких огней,
Жулики и хулиганы обмирали со страху
И скорее завязывали с криминальной карьерой своей.

Чтобы маньяк-убийца, прячущийся в подъезде,
И солидный киллер, получивший миллионный заказ,
Вспомнили вдруг, что в далеком Чёртолысом уезде
Ждет их маманя, и скорее исчезли с глаз

К чёртовой матери. Чтобы проститутки и геи,
Педофилы и прочие извращенцы разных мастей
Вспомнили вдруг, что есть дела поважнее,
Чем гей-парады - например воспитанье детей.

Чтобы никто не выбрасывал мусор куда попало,
Чтобы даже кошки забыли по ночам свой истошный вой.
Хороший городовой - господи! - это так мало!
Это так много - хороший городовой!


* * *

Ну вот и стал я ужасно взрослым,
телесно грузным, душевно косным,
в любви ненужным, в быту несносным -
плешивый дядька под пятьдесят.
Давно мои оперились дети
и разлетелись по всей планете,
а я зажился на этом свете,
чему по сути уже не рад.

Я встроен в цепи, включён в обоймы,
веду за место под солнцем войны,
а помнишь, в юности как с тобой мы
мечтали вечером у реки
на дебаркадере за паромом,
как подрастём и уйдём из дома,
и будет всё у нас по-другому,
и будут души легки-легки...

Ну, как же это, скажи на милость,
всё незаметно переменилось!?
Всё то, что грезилось, всё, что снилось
куда-то сгинуло, уплыло...
И мы стоим под свинцовым небом,
и нам виски заметает снегом,
а под лопаткой ростком, побегом
болит невыросшее крыло.


Разговор с птицей

"Фить-фить, - сказала птица нерусским языком, -
о ком тебе молиться? Печалиться о ком?"
И я ответил птице по-птичьему: "Фить-фить!
Мне есть о ком молиться и есть кого любить".
"Но женщины - обманут, родители - умрут,
друзья чужими станут, а дети подрастут,
уйдут в иные дали, забудут о тебе.
За что тогда ты станешь держаться на земле?"
Был день лучист и светел. Всей грудью сделав вдох,
ох, я бы ей ответил! Ответил, если б мог...
Страница,  на  которой  Вы  сможете  купить  книгу



Сетевая
Словесность
КНИЖНАЯ
ПОЛКА