Сетевая
Словесность
КНИЖНАЯ
ПОЛКА
Выиграть у жертвы, или Игра без любви
Москва
АСТ - Русь-Олимп - Астрель - Харвест
2010
480 стр.
ISBN: 978-5-17-060117-2, 978-5-9648-0224-2, 978-5-271-24209-0, 978-985-16-7520-9
Олигархи и оперативники, служащие и предприниматели, искатели приключений и домохозяйки. У них разные судьбы и разные мечты, но всех их связывает Игра. В казино нет грешников и святых, правых и виноватых, потому что это Империя Азарта.
Там, где крутится рулетка и мигают разноцветными огнями игровые автоматы, все испытывают судьбу в попытке догнать удачу, и никто не знает, кому она улыбнется в следующий раз.
Индустрия азартных игр. Какие силы управляют ее отлаженным механизмом? Какие секреты скрываются за внешним лоском и беззаботностью? Что такое казино на самом деле? Можно ли обыграть рулетку?..

* * *


Из человечьих чувств ему знакомы три:
Страх, жадность, ненависть.
Он воплощался на бегу...
Максимилиан Волошин 

В оранжевом небе, апельсиновом сне приятно летать.

Плывут облака. Тянутся вдаль длинными бело-серебристыми полосами, с краями, отороченными красновато-жёлтой рассветной каймой.

Где-то внизу, далеко-далеко, туманная дымка, будто речная вода, течёт по верхушкам деревьев, спокойным теченьем своим мерно покачивая ветки.

И туманная река мелеет, тает и исчезает под лучами солнца.

Воздух лёгок и крылья не нужны, чтобы держаться в небе.

Тёплый свет...

Краешек сна согрет был утренним солнцем.

Солнце было во сне, в уходящем сне, жёлтый луч, растворённый в воздухе.

Вдох и выдох, пробуждение, ранний рассвет в середине лета, июльский рассвет.

"Так рано..."

Владимир открыл глаза.

Сон ушёл, но солнце осталось.

"Кажется, никогда ещё я не забирался так высоко... в небо...".

Чайные шторы качались от лёгкого ветра.

Из открытой форточки тянуло рассветной прохладой.

Софья не любила оставлять на ночь включённым кондиционер, и Владимир, подчиняясь супруге, оставлял на ночь окно приоткрытым, или форточку, как сейчас.

"Как же рано я проснулся! С чего бы это вдруг? Такой хороший сон был... Такой лёгкий, спокойный..."

Он аккуратно отодвинул краешек одеяла, повернулся, чтобы посмотреть на жену.

И увидел, что она не спит, а, положив голову на локоть, смотрит на него.

- Доброе утро...

И улыбается.

- Доброе...

Голос его со сна звучал неразборчиво и глухо. Ему показалось, что он и не произнёс эти слова, а проворчал.

Звук его голоса напоминал ему ворчание потревоженного и недовольного нелёгкой своей жизнью старого пса.

"Вот ещё!" подумал Владимир. "Вот так и жену напугаю. Что у меня со связками? Каждое утро садятся... Или это от сквозняка? Хотя от кондиционера, говорят, вообще можно ангину подхватить, особенно ночью".

Он откашлялся и повторил, стараясь произносить слова как можно чётче. И самым жизнерадостным тоном... Хотя спросонья... Какой уж там!

- Доброе утро!

- Я давно не сплю, - сказала Софья. - Доброе, милый, доброе...

Тёплыми губами она прикоснулась к его щеке. Поцелуй был каким-то удивительно нежным. Почти...

"Материнским?"

- А почему? - удивлённо произнёс Владимир. - Вот и мне что-то не спится. Странно... вчера вернулись поздно. Легли за полночь... Сколько же мы проспали?

- А, может, это уже утро следующего дня? - предположила Софья. - Я себя чувствую такой, такой... Даже не знаю, как сказать. Не просто отдохнувшей, нет. Нет... Счастливой, радостной. Будто тяжесть какая-то упала с души. Знаешь, душа тоже отдыхает!

- Правда? - переспросил Владимир и, потянувшись, посмотрел на часы.

- Половина шестого... Как же быстро душа отдохнула!

Софья засмеялась и погладила его по щеке.

- Глупый ты. Ты спал, а я на тебя смотрела. Лицо у тебя было такое светлое, радостное. Ты улыбался во сне. Похож был на мальчишку. Глупого, счастливого мальчишку.

"Небо... Лет тридцать не летал во сне. Что со мной?"

- А ты? - спросил Владимир. - Что снилось тебе?

Софья привстала. И прижалась к нему. Так, чтобы груди её коснулись его груди.

- Мне снилось...

Владимир обнял её. Сейчас она была для него особенно желанной.

- ...Мне снилось, что мы с тобой...

Его возбуждало тепло её тела.

- И что? - спросил он, искусно играя роль непонятливого мужа.

Хотя, конечно, всё уже понял. И был готов...

- ...Мы вместе...

Самый сладкий - утренний поцелуй.

- Мы сейчас вместе, - прошептал Владимир.

- Сегодня мы пойдём играть, - прошептала Софья. - Сегодня счастливый день... Я чувствую это! Вова, Володенька, я чувствую! Мы обязательно... А сейчас...

Она целовала его грудь.

И кожа под её поцелуями становилась горячей.

.......................................


1.


Поначалу год не казался тяжёлым.

Начинался так же, как и прошлые годы: чересполосицей будничных удач, мелкими монетками рассыпанных по серым дням, и неизбежных для каждого предпринимателя досадных, хотя пока и не слишком обременительных для кошелька потерь.

Год начинался спокойно и ровно.

Дни шли за днями, не ускоряя движение своё, до той поры, пока вдруг...

Опять, опять это вечное - вдруг!

Не случай, не трагедия, не надлом. Просто жизнь изменилась. Стала другой.

Конечно, он ждал перемен. И думал, что готов к ним.

Ещё два года назад начались перемены, осложнения в бизнесе. Но тогда казалось, что это лишь временные трудности, которые легко можно будет преодолеть.

Немного приспособиться к новым условиям, укрепить связи с нужными людьми, изменить технологии бизнеса, сдавать в аренду то, что раньше продавал, снизить цены, перетрясти склады.

Всё это, если хорошенько разобраться, частности, мелочи, технологические детали.

Главное - дело останется прежним.

Его бизнес, игорный бизнес, как и прежде будет приносить доход. Стабильный доход, предсказуемый, просчитанный.

Будут правила, пусть новые и поначалу не вполне понятные и привычные, но они будут, а, значит, в конце концов, всё вернётся на круги своя.

Круги прежних, спокойных дней.

И можно будет снова строить планы, развиваться, открывать новые залы - здесь, в этом городе, в этой стране. Здесь, где ещё недавно было так ясно - куда двигаться, зачем и, главное, с кем продолжать путь.

Но потом...

Все эти инициативы властей, заказные статьи в газетах, "глас народа", интервью народных же депутатов, у которых, как на подбор, на диво ясные и светлые глаза...

Этот закон...

Ставицкий усмехнулся.

Подтянул ближе блокнот и нарисовал чёрным маркером на листе большой, во всю ширину листа, кукиш.

Закон!

Закон об игорном бизнесе.

Игровые зоны на заброшенных участках земли в далёком Алтайском краю, или на берегу Азовского моря, где с начала времён никто и слыхом не слыхивал об игорном бизнесе, где для строительства даже самого скромного, плохонького зала на три игровых аппарата пришлось бы километров за семьдесят тянуть линию электропередачи, прокладывать трубы для подачи воды и строить очистной коллектор для канализации, за те же семьдесят километров завозить продукты для пожелавших перекусить игроков, а рядом с залом - построить небольшой дом для сотрудников игрового зала, а ко всему этому трёхаппаратному великолепию - протянуть дорогу европейского качества от ближайшей автомагистрали, а там и где-нибудь поблизости частный аэропорт выстроить для ВИП-персон, которые пожелают сменить казино Монако на степи Азова.

"Глупость!" подумал Ставицкий и нарисовал рядом с кукишем восклицательный знак.

"Вот что они получат, а не миллиардные инвестиции. Казино на пустом месте строить? Никакой Лас-Вегас наш бизнес не потянет. Это очевидно! Да и кто из клиентов на Алтай поедет? Калининград - ещё куда ни шло. Европа рядом, Польша, Литва. Может, от Швеции паром будет ходить. Негусто, конечно, но какое-то количество посетители те залы наберут... Если, конечно, их вообще строить будут. На Дальнем Востоке..."

Ставицкий вырвал лист из блокнота и выбросил в корзину для бумаг.

"На Дальнем Востоке - на китайцев вся надежда. У них игорный бизнес прижали донельзя, так что, вполне возможно, десяток приграничных казино на китайских деньгах какое-то время продержатся. Но нам-то, московским конторам, куда лезть? За полтора года в Краснодарском краю город выстроить, от фундаментов до крыш?"

Ставицкий тяжело вздохнул и нажал кнопку громкой связи.

- Таня!

- Билеты заказаны, гостиница забронирована с пятницы до понедельника, - тут же отозвалась Таня, молоденькая секретарша генерального.

"Вышколена, однако" с удовлетворением отметил Ставицкий. "Дура, но вышколена".

"Впрочем, хорошо, что дура" подумал Ставицкий и улыбнулся каким-то своим, потаённым мыслям. "А то Лариса у меня наоборот... Шибко умная!"

Впрочем, улыбка и приятные мысли о вышколенной секретарше не слишком согрели душу.

На душе было холодно и тревожно. Так холодно, что и сейчас, в июльскую жару, трясло от мелкого озноба.

Генеральный директор компании "Голд Слот", фирмы-оператора крупных и известнейших в столице игровых сетей "Премиум Гейм", "Остров Удачи" и "Голд Квест", казино "Оливер клаб" и прочая, и прочая, Николай Романович Ставицкий готовился к встрече с главный акционером и фактическим владельцем игрового холдинга Александром Олеговичем Войковым.

К встрече и тяжёлому разговору.

Серая кожаная папка лежала на краю стола. Ставицкий старался не смотреть на неё, но взгляд его против воли неизменно останавливался на этой папке с докладом.

Докладом Войкову о закрытых игровых залах, простаивающих на складах игровых аппаратах, грядущих увольнениях.

"Да чёрт с этим со всем!" с неожиданно накатившей злостью подумал Ставицкий.

Он встал, вышел из-за стола.

Снял со спинки кресла и набросил на плечи пиджак. Заложив руки за спину, встал у окна.

Проводил взглядом летящий по ветру серый, поздний тополиный пух.

И пальцем нарисовал на стекле цифру "10".

Ровно столько месяцев отводил теперь Ставицкий для ликвидации бизнеса в России.

Не больше.

Именно об этом он и написал в заключительной части доклада. Эту часть доклада, самую закрытую, тайную, сокровенную, Ставицкий готовил лично, не доверяя аналитикам и финансистам.

И график вывода бизнеса из России высчитывал сам.

Получилось - десять.

"А если?.."

И опять от волнения закололо, захолодело сердце, словно с кровью выталкивало мелкие крупинки льда. И запершило в горле.

"А если - в расчётах ошибка?"

Ставицкий зажмурился и покачал головой.

Нет. Хватит сомневаться!

Он подошёл к столу и снова нажал кнопку.

- Таня, Романов вылетел?

- Через три, рейсом,.. - защебетала Таня.

- Понял, - прервал её Ставицкий.

И сам удивился тому, насколько низко, хрипло и грозно зазвучал его голос.

"Связки, что ли, садятся?"

- Телефон успел уже отключить?

- Да, - почему-то виноватым голос ответила Таня.

"Ну, это он любит - в середине дня отключаться" отметил Ставицкий.

- Как телефон у него заработает, набери его. Попроси связаться со мной.

Ставицкий отключил связь.

И набрал на мобильном номер водителя.

- Серёжа, машину...

Откашлялся.

- Слушаю, Николай Романович, - отозвался водитель.

- Машину через час, - сказал Ставицкий. - К третьему подъезду. Пара встреч в городе, потом...

Помедлили немного, и выдохом закончил:

- В аэропорт!


2.


Охранник на входе протянул было руку с зажатой в ней продолговатой коробкой сканера, но, узнав начальника, замер и сконфуженно отступил назад.

- А, кого видим!

Левковский, директор казино, с радостной улыбкой подошёл к Романову, прямо сквозь коротко пискнувшую рамку металлоискателя.

Левковский, розовощёкий, низкорослый крепыш в чёрном, с "искрой", идеально подогнанном к его приземистой фигуре костюме, засуетился вокруг Романова, запрыгал едва ли не вприсядку, одновременно обеими руками подавая ему одному понятные знаки замешкавшимся и откровенно растерявшимся охранникам.

- Не обращай внимания, Иван Сергеевич, - затараторил Левковский. - Расширяем штат, новые люди. Охранники у нас ребята хорошие, проверенные. Корпоративные курсы прошли, работают грамотно. Вот только начальство пока не узнают, не привыкли...

- Да ладно тебе, Лёня, - отмахнулся Романов. - Правильно всё. Не суетись... Я, собственно, пообедать к тебе. У тебя, помнится, ресторан тут неплохой?

- Посетители не жалуются, - ответил Левковский.

И, быстро выхватив мобильный телефон, набрал номер.

- Нина, я на совещании, у себя буду не скоро. Записывай, кто звонит. Ильяса не отпускай, у меня весь день сегодня в разъездах!

Повернулся к Романову и махнул рукой.

- Пошли, Иван Сергеевич. Полюбуешься на наше великолепие.


Прохладный полумрак и мягкая подсветка жёлто-оранжевых напольных светильников в ресторане так приятно контрастировали с режущим глаза солнечным светом и жарой июльского полдня, в пекле которого второй час поджаривалась Москва.

- В пробке простоял...

Романов сбросил пиджак и повесил его на спинку стула.

- Уже и кондиционер с трудом спасает.

Левковский понимающе кивнул.

- Беда, Сергеич, согласен. Сам иногда по полтора часа до работы добираюсь, хотя и живу - не сказать, чтобы далеко.

Девушка подошла к их столу и остановилась чуть в стороне, шагах в двух.

- Вот, - Левковский показал на неё. - Светлана, восходящая звезда игорного бизнеса...

Ира смущённо заулыбалась и на подошла ближе.

- Леонид Николаевич, вы подписать обещали...

Левковский развёл руками.

- И за обедом покоя не дают.

- Правильно делают, - заметил Романов. - Шевелиться надо, ребята, шевелиться. Кем, кстати, Света работает?

- Пит-босс, - коротко ответил Левковский и подошёл к девушке.

Взял у неё из рук бумагу, быстро прочитал (Романову показалось, что, скорее, просмотрел "по диагонали") и коротко черкнул на уголке подпись.

- Смотрю, людей набираешь? - спросил Романов Левковского, едва тот вернулся за стол.

- Набираем, учим, - ответил Левковский и подозвал официантку.

- Катя, меню принеси, пожалуйста. Только корпоративное. И пару соков. Тебе какой?

- Яблочный, - коротко ответил Романов, перелистывая захваченный им в фойе рекламный буклет.

- Яблочный и грейпфрутовый.

Официантка кивнула и через полминуты принесла на широком, серебристом подносе два высоких стакана с соками, два альбома меню в мягких кожаных обложках, плетёную корзинку с подогретыми, хрустящими булочками, завёрнутые в широкие льняные салфетки столовые приборы и фигурную тарелочку с мягким чесночным маслом.

- Аппараты, смотрю, в зале поменял? - спросил Романов, откладывая буклет.

- Меняю потихоньку, - ответил Левковский. - Восемь новых. И в пяти аппаратах игры поменяли. Что поделаешь, приедаются игры, народ новизны требует...

Они заказали обед, и некоторое время сидели молча.

Левковский был явно взволнован неожиданным визитом начальника (сам заместитель Ставицкого! не каждый день появляется, и не каждую неделю... в прошлый раз, кажется, в середине июня был), и пытался понять, что же привело заместителя генерального, да ещё и перед самым отъездом в Италию, в казино.

- А рулетка? - нарушил, наконец, молчание Романов. - Ты говорил, что новую заказал?

Левковский кивнул в ответ и отодвинул в сторону недоеденный салат.

- Заказал, конечно. В Словении. Роскошный стол, отделка - чудо! Да там, сам понимаешь, с доставкой проблемы. Мне тут логистик ваш, Савченко, звонил. Прямо плакался, едва не рыдал в трубку, что я ему всю жизнь испортил. Размеры у этой рулетки - три на три метра, с упаковкой и того больше. Авиацией не повезёшь, ни в один грузовой люк не лезет. Не чартером же её тащить, в самом деле!

- Чартером накладно, - согласился Романов.

- Вот и плачется, - продолжил Левковский. - Фурой везти - тоже проблема. В еврофуру не засунешь, потому как по ширине не проходит. Как ни крути - не лезет.

- Что решили? - спросил Романов.

Левковский пожал плечами.

- А что мне решать? Савченко решает. И кляузы на меня строчит, что я с ним вывоз не согласовал...

"Чего же ты ко мне прикатил, Сергеич?" встревожено думал Левковский. "Не просто же так, не кухню нашу оценить... Тем более, что директор по оперированию тебе и без того всё, что нужно рассказывает. Не сомневаюсь".

Впрочем, Романов и сам ответил на не заданный им вопрос.

- Времени у меня мало, Лёня. В Шереметьево пора. Боюсь, по пробкам этим не успею. Так что разговор будет коротким, да и обед тоже.

- Делегацией летите, как я слышал? - уточнил Левковский.

- Да...

Романов усмехнулся.

- Лариса главная. И нас ещё трое.

- Почему не тебя главным? - с притворным удивлением спросил Левковский.

Хотя ему-то было понятно - почему.

Лариса Ставицкая, молодая, красивая, энергичная женщина, когда-то сама попросила генерального директора, своего мужа, доверить ей отдел рекламы и маркетинга. Произошло это всего полгода назад, но отдел с тех пор вырос с трёх до семи человек, активно заработал на выставках и стенды компаний холдинга, и без того не обделённые вниманием, теперь были просто переполнены посетителями.

- Ну, по её части проект, - ответил Романов. - Она же итальянский проект разрабатывала, партнёров искала. И, потом, она умеет работать. Люди с ней на контакт идут...

"Конечно, иду" мысленно заметил Левковский. "Блондинка, ноги от шеи... Итальянцы на таким с пол-оборота идут".

Но вслух, понятно, ничего не сказал.

- А я что...

Романов подмигнул Леониду.

"Понимаю, не глупый" подумал Левковский. "Глаза и уши генерального... Только вот кто за тобой присмотрит?"

Не то, чтобы он не доверял Романову. Просто видел (хоть на такое большое начальство смотрел, в основном, издали), что энергичный и амбициозный Романов отнюдь не с лёгкой душой выполняет работу заместителя, чья инициатива ограничивается подчас волей генерального.

Но знал он и то, что Романов не просто заместитель Ставицкого, не просто давний его партнёр, а друг. Друг, которому генеральный доверяет.

Правда, не друг семьи.

"Лариса-то без году неделя как жена" с неодобрением вспомнил отчего-то Левковский жену генерального. "А туда же, в каждое дело влезть норовит..."

В любом случае, с Романовым лучше не откровенничать. Он мужик прямой, к интригам не склонен, но да чем чёрт не шутит - сболтнёт как-нибудь ненароком генеральному, передаст, так сказать, мнение народа.

Этак и из кресла можно вылететь.

- Общая, так сказать, работа, - от себя добавил Левковский. - Всё понятно...

- Понятливый ты мужик, Лёня, - сказал Романов.

Фразу эту он произнёс медленно, почти по слогам, отчего Левковскому она показалась угрожающей.

"Нет, ну чего ты от меня хочешь?"

Романов наполнил пока минеральной водой, пригубил немного, и продолжил.

- Так вот, Леонид. Приехал я с тобой поговорить об одном важном деле. Ты, как я посмотрю, оптимистично настроен. Людей набираешь, штат расширяешь. Замена техники у тебя полным ходом идёт. С надеждой в будущее смотришь?

Левковский молчал.

- Это вопрос, - уточнил Романов. - С надеждой смотришь?

- С ней самой, - ответил Левковский и почему-то посмотрел по сторонам.

- Хорошо, - сказал Романов. - Надежда - это хорошо. Руководитель должен быть оптимистом. А сколько нам дышать осталось, помнишь?

"Вот он о чём!" догадался Левковский.

И с готовностью ответил:

- Как положено, до две тысячи девятого... А к чему это ты? Времени ещё достаточно, юристы у меня за ситуацией следят. У нас тут, в московских краях, всё пока тихо. Работать дают, кислород не перекрывают. По крайней мере, сейчас дышать ещё можно... Аппараты ввозить стало сложнее, но для моей-то конторы это не так критично. Мы же тут не продавцы, а операторы. Зал, конечно, большой, но тут десятки аппаратов, а не сотни и тысячи.

- Девяносто пять, - уточнил Романов. - И десять столов. Так?

- Так, - согласился Левковский. - Но у Марата, к примеру, зал раза в два побольше нашего будет. У меня люди на столах деньги, в основном, оставляют, а не в аппаратах. На столах, понятно, фигурально выражаясь. Фишки, карты, рулетка - вот основной профиль. С законом, конечно, подгадили малость, но ведь это не трагедия. В конце концов, власть ещё и одуматься может. До девятого года. Так, Иван Сергеич?

- Вот я и говорю, - резюмировал Романов. - Оптимист ты, Лёня.

Романов потянулся к портфелю и вынул блокнот и ручку.

- У генерального скоро совещание в верхах...

Романов выразительно посмотрел на потолок.

"Вот оно что!" догадался Левковский.

- Так что хочу кое-что записать. Так, себе на память. Скажи-ка, друг любезный...

Левковский с готовностью придвинулся к столу так, чтобы быть ближе к Романову.

- ...Давно ли ты с нашим куратором из мэрии встречался, и какие условия он тебе объявлял. Не хотел это с тобой по телефону обсуждать. Сам понимаешь, какая тема...

"Твою!.." подумал Левковский.

Но фразу не закончил.

Ругаться он не позволял себе даже мысленно.




 Искать книгу в книжных интернет-магазинах
Название (1-3 слова)
Автор (фамилия)
Доставка в регион



Сетевая
Словесность
КНИЖНАЯ
ПОЛКА