Сетевая
Словесность
КНИЖНАЯ
ПОЛКА
TECHNO-Муха TECHNO-Цокотуха
Москва
Delirium Sanctorum
2009
В книге стихов Сергея Зхуса "TECHNO-Муха TECHNO-Цокотуха" собраны тексты в стилях киберпанк, стимпанк и абсурд. Заглавное произведение сборника является киберпанковской стилизацией известного произведения Корнея Ивановича Чуковского "Муха-Цокотуха". На творчество автора повлияли такие писатели, как Даниил Хармс, Владимир Сорокин, Уильям Гибсон, Роджер Желязны, Уильям Берроуз etc.
Книга Сергея Зхуса на данный момент является единственным русскоязычным сборником стихов, где индустриализация и кибернетизация плотно сплелись с абсурдистским стилем.

СОЛЬВЕЙГ

Не жди электронного мужа домой.
Он канул в волнах проводов.
В объятьях программы задорной, младой
Он спит среди ярких цветов.
Вокруг электричество мерно гудит.
Колышатся волны любви.
Его электронное тело летит
Далёко от бренной земли.
Скрываются в космосе сонмы наяд.
Он будет их грозным царём.
Чуть сдвинет на градус свой пристальный взгляд -
Пред ним упадут все ничком.
А в космосе есть золотая звезда,
К которой, спустя много лет,
Быть может, пристанет, пройдя облака,
Его серебристый скелет.



ХРАНИТЕЛЬ МАТЕМАТИКИ

На миг могучий Электрон
С привычного пути
Сорвался и не может он
На прежний путь взойти.
Обратных чисел чередой
Сквозь тысячи таблиц
Дракон взлетает цифровой
Средь сонма единиц.
Во своды множества небес
Он мечет интеграл.
И сквозь полученный разрез
Бьёт хладных чисел шквал.
О, боги разностей и сумм!
Средь вечной тишины
Я зарядил свой острый ум
В гиперболу души!
Затрепетал противник злой
В сети координат...
Раздался выстрел! - разум мой
Летит в его квадрат.
И сразу страшный взрыв потряс
Весь мир от А до Я.
Дракон в подмножествах увяз,
Снопами цифр горя...
С тех пор прошло немало лет.
И ровный чисел строй
Проходит сквозь XYZ
Привычной чередой.
И спит поверженный дракон
Столетьями в сети,
Пока могучий Электрон
Вновь не сойдёт с пути.



* * *

На часок оставив судьбы мира,
Вспомню я лихую старину
И под переборы древней лиры
Расскажу историю одну,
Как сошлись, казалось бы, недавно
В схватке боевой проверить пыл
Богатырь могучий Таро Кано
И отважный рыцарь Мойдо Дыр.
Полный симптоматики военной,
Всё быстрей дрожит под ними дол,
Рвутся пики графиков трёхмерных,
И бежит по венам циклодол.
О, противовесные системы!
Нагружайте шестерни плечей!
Пусть цветут причудливые схемы
В точках столкновения мечей!
Скорость возрастает постепенно,
Достигая ста ударов в час.
Всё решают чудо и везенье...
У кого взорвётся первым газ...
Вдруг - хлопок! Детали Таро Кано
Разлетелись в тысячи сторон!
Лишь остался с выбитым экраном
Посредине синхрофазотрон.
Славу бьют огромные литавры,
И ревёт восторженно толпа.
И, ликуя, тяжкие двутавры,
Мечет Мойдо Дыр под облака!



* * *

Младенец льва, как чёрный треугольник
В квадрате джунглей медленно растёт.
Спиралевидный лев терзает небо
В глазах енотовидной стрекозы.
И синие чулки у пистолета,
Как мясо неба, вышедшего вдруг
На мраморном пределе скоростей
Стреляют из окружности природы.



* * *

О, лунный свет, Себастиан!
В ночь голубых электро-лилий
Уходит твой трёхмерный стан
Сложнейшей сетью чётких линий.
Тюрьму прекрасного лица
Несут две тонкие прямые.
И свет надбровного венца
Пускает волны голубые.
Летит дракон, застыв как чудо,
На протяженьи тысяч лет,
И ртом небесной барракуды
Он мечет пламенный привет.
И, длань отведший для удара,
Ты весь горишь, Себастиан.
И светит в ночь из пасти гада
Могучий синхрофазотрон.
Тогда в колене люстра гаснет,
И десять тысяч шестерней
Вздымают вверх полог атласный,
Что открывает до бровей
Лицо драконье кисти Джотто.
Тебя сгибает пополам,
И сразу сноп обильной рвоты
Струится к радужным ногам.
С тех пор ушло немало пены.
Прошли безумные года.
И рана старой эпидермы
Багровым шрамом заросла.
Но до сих пор искусствоведы,
Восстановив твоё лицо,
Извечный спор ведут по средам
О позднем стиле Пикассо.



ДЮРРЕНМАНТ

Дракон лишь в пасти мёртвым Адидас,
Переломив копьё усильем воли,
Отметку взяв, единственный колдун
Течёт по биссектрисе лобной доли.
Напрасно влево рыцарь, но и меч
Блистал над тигром некогда в Пампасах.
Кричали тигры некогда из плеч,
Мечась по точно вычисленным трассам.
Лишь пять минут в комбайне посидеть,
И снова на дракона, палец вынув.
О, никому б я не желал смотреть
На эту изумительную спину.
Удар, удар - огромные цветы
Кричат и светят мясом гидрофобным.
Кто изумруды рвёт из красоты,
Как лев питаясь небом инородным!



* * *

Воздух развернуло внутрь и сзади.
Ноги просвистели над собой.
Я гулял в огромном Ленинграде
С толстой непокрытой головой.
Барышни короткие метались.
Пробегала рядышком одна.
Только глянул - хоп, и поебались.
Спермой чудодейственной полна,
Полетела дальше, но упала.
Застонала в землю, родила.
Встала и, вспорхнув, как не бывало,
Вместе с остальными уплыла.
А с земли поднялся многотонный,
Щёлкнув пневмопушкой золотой,
Бронзовый кузнечик электронный
С чёрною кудрявой бородой.
Он воткнул в застывший грунт опоры.
Скрипнул шестернями и взлетел.
Я из кроны древней сикоморы
Удивлённо вслед ему глядел.



* * *

Негромкость рук, таких, как эти пальцы,
Что медленно и ужас говорят.
И на комоде вычурным Антоном.
Антон - какой-то медленный старик.
И способом, сейчас полузабытым,
Почёсывая правую лодыжку,
Он до смерти читает чью-то книжку
В постели под покровом января.



* * *

Но из окошка сон и ветер электронный,
Где лёгкое с оптическим прицелом
Выводит в сок мирьяды проводов.
Зелёный плащ в комод. О, розовые стены!
Мигните мне с неровным интервалом,
Как будет на пироге проплывать
Зелёный царь - бушующее Солнце.



* * *

Подайте эту, с тоненьким лицом.
И заверните в цедру красоты.
О да! Какие розовые туфли!
Вонзите их сюда же, в мавзолей.
Сиянье глаз постыдно вы забыли
К чудовищной покупке приложить.
Страница,  на  которой  Вы  сможете  купить  книгу



Сетевая
Словесность
КНИЖНАЯ
ПОЛКА